John R. R. Tolkien – The Hobbit – 1937

- А как же иначе? Уж не разуверился ли ты в пророчествах только потому, что сам помог им осуществиться? Не думаешь же ты, что твои приключения и чудесные избавления происходили по чистому везению, исключительно ради твоей пользы? Ты славный малый, мистер Бэггинс, и я очень тебя люблю, но в конечном счете ты всего лишь маленький хоббит в большом-пребольшом мире!

Сложно вспомнить книгу, которая оставила такой неизгладимый след как в литературе ХХ века, так и в открытии миру жанра фэнтези: согласитесь, на ум приходит только «Хоббит». Опубликованный еще до Второй Мировой, этот роман стал фундаментом жанра, хоть он и выглядит как добрая детская сказочка. Многие читатели погружаются в мир Средиземья именно с этой книги и нередко возвращаются к ней за магией первой влюбленности через десятилетия.

Планы даже таких мудрых волшебников, как Гэндальф, и таких добрых друзей, как Эльронд, порою идут наперекосяк, когда вы затеваете опасный поход в пределы Дикого края; и волшебнику Гэндальфу хватало мудрости это понять. Он знал, что могут произойти самые непредвиденные события, и не смел надеяться, что они перевалят через высокие горы, неподвластные ни одному королю, без какого-нибудь страшного приключения. Так и получилось.

Величие этого романа сложно недооценивать: он открыл ворота фантазии одного человека целому миру читателей разных возрастов. Именно «Хоббит» рассказал нам об эльфах, гномах, гоблинах, драконах и волшебниках – все они по своему существовали и раньше, но именно Толкин дал нам мир, полный приключений, а также придумал историю, языки и традиции, вплетя их в литературный жанр. Приятно иметь память на книжные детали «как у рыбки»: загадки Голлума каждый раз читаются как в первый!

Часть песен были старые, часть сочинили только что. В них уверенно говорилось о скорой смерти дракона и богатых дарах, что вот-вот потекут в город. Мысль эта принадлежала бургомистру и не очень-то понравилась гномам, но пока друзья ни в чем не испытывали нужды и быстро округлились на даровых харчах. За неделю они вполне оправились и теперь гордо выступали в новехоньких нарядах каждый своего цвета, покачивая аккуратно расчесанными и подстриженными бородами. Торин держался так, будто уже вернул себе королевство, а Смауг изрублен в куски.

Маленький хоббит – Бильбо Бэггинс (или Торбинс, или Сумкинс) стал настоящим проводником в мир неисчерпаемого воображения, в котором обыденное сплетается с невероятным, а маленькая землянка с большой круглой дверью становится началом великого похода. Толкину удалось создать свой «путь героя», в котором история взросления начинается с выхода из зоны комфорта, где за страхом скрывается крепкая дружба, а за бытовыми делами – слава великих подвигов.

Гномы исключительно сильны для своего роста, а эти были очень сильны даже для гномов. В бою они рубились тяжелыми двуручными кирками, хотя у каждого был на поясе еще и короткий меч, а за спиной – круглый щит. Бороды они заплели в две косицы и заправили за пояс. Шлемы у них были стальные, подошвы – стальные, лица – угрюмые.

Особое очарование романа, которое заставляет желать перечитывать его снова и снова в его светлой, доброй, даже шутливой интонации. «Хоббит» - не то фэнтези, к которому мы привыкли сейчас. Это не мрачный эпос о столкновениях государств, не кровавый пир на поле боя: сражения проходят без натуралистической жестокости, испытания героев полны не отчаяния, а находчивости, и удача является главной особенностью сказочной истории. Толкин не разрешает читателю впадать в уныние: даже в самые сложные моменты, его легкий юмор смягчает любой удар.

Волшебник вообще много что успевал предусмотреть и хотя, конечно, не мог предвидеть всего, часто выручал друзей в трудную минуту.

Издание с оригинальными рисунками Толкина помогает еще больше погрузиться в мир, в котором у каждой тропинки, дерева и холма есть своя история и своя загадка. Сцены локаций у Толкина при удивительно лаконичном описании наполнены удивительной кинематографичностью, а многие разы пересмотров двух трилогий от Питера Джексона помогают вживаться в мир еще больше. Добрые подколки между друзьями, гостеприимство Бильбо перед гномами, постоянное желание поесть - все это превращает роман в литературный изыск, любоваться и ощущать который хочется как можно дольше. Эстетика рисунков Толкина, сделанный почти век назад, все еще способна привлекать: чем дольше их рассматриваешь, тем более родными они и места, изображенные на них кажутся.

- Великие небеса, нет, нет, НЕТ! – вскричал Гэндальф. – Уж лучше помолчи, мистер Бэггинс, за умного сойдешь! И, заклинаю, не произноси таких ужасных слов, как скорняки, доха, шуба, воротник, муфта, горжетка, пока не отойдешь на сотню миль от его дома! Он меняет шкуру, потому что он оборотень: иногда огромный черный медведь, иногда могучий человек с черными волосами и бородой. Больше сказать не могу, хотя и этого довольно. Одни говорят, будто он медведь, чьи предки обитали в горах еще до великанов, другие – будто он ведет свой род от первых людей, населявших эту часть мира прежде, чем появились Смауг и другие драконы, а с севера пришли гоблины. Точно не знаю, но больше верю последним. Сам он – не из тех, кому задают вопросы.

Структура романа просчитана до мелочей: история начинается с уютного дома, проходит через трудности, битвы, встречи со злом, потери и возвращается к дому – год жизни Бильбо в этом огромном мире описан всего на трехстах страницах! Толкин рассказывает о походе хоббита и гномов без лишних ответвлений: перед нами калейдоскоп сцен, которые могут быть комичными, трогательными или опасными. Читатель следует за героями как за своими давними знакомыми: мы переживаем из-за их неудач, радуемся их победам, смеемся вместе с ними и, возможно, даже начинаем подпевать их песням! Толкин не задерживается на сценах слишком долго, не утомляет читателя деталями, а позволяет представлять его мир таким, каким он приятен и притягателен для каждого отдельного читателя.

Конечно, положение Бильбо было затруднительным, но все же не настолько, как показалось бы нам с вами. Хоббиты – не люди, и хотя их норы, в отличие от гоблинских туннелей, уютны и хорошо проветриваются, они куда больше нашего привыкли быть под землей и не так быстро теряют направление – особенно когда в голове у них прояснится после удара. К тому же они умеют двигаться очень тихо и прятаться, и легко оправляются после падения, а еще у них полно мудрых присловий, которые люди либо не знают, либо давно позабыли. И все же я не хотел бы оказаться на месте мистера Бэггинса.

«Хоббит» - это один из тех редких случаев, когда одна книга идеально подходит как для знакомства с жанром, так и для матерого читателя. «Хоббит» - идеальная книга для взросления: у каждого из нас есть фильмы, музыкальные альбомы, с которыми мы росли и которые ассоциируются с положительными эмоциями. Вот и первое (или уже десятое) знакомство с хоббитом – для многих сможет стать той историей, которая будет сопровождать его всю жизнь.

В оправдание гномам можно сказать, что они собирались щедро заплатить Бильбо; в конце концов, он подрядился делать за них черную работу, вот пусть и делает. Однако, попади хоббит в беду, они все бросились бы на выручку, как в случае с троллями в самом начале странствия, когда еще не имели особых причин испытывать к нему благодарность. Гномы – не герои, они расчетливы и корыстны, есть среди них коварные и просто злые, есть – вполне приличные, как Торин со товарищи, просто не стоит требовать от них слишком многого.

Качество этого издания (вроде бы пятого в коллекции) на голову выше остальных: большой формат, прекрасная печать, иллюстрации, помогающие прикоснуться к артефакту литературной истории. Все это позволяет ощутить и почувствовать в руках волшебство, которое, хочется верить, и несет рукотворная работа мастера, написавшего книгу века. Такое издание просто обязано быть в коллекции: оно займет почетное место на полке и всегда будет привлекать своим корешком.

В норе под землей жил хоббит. Не в сырой и затхлой с дождевыми червями, не в голой песчаной, где не на что сесть и нечем подкрепиться; нора была хоббичья, а это означает уют. У нее была круглая, как иллюминатор, дверь, выкрашенная в зеленый цвет, с блестящей медной ручкой точно посередине. Она открывалась в круглый туннель вроде железнодорожного, но, разумеется, без дыма, очень удобный, с деревянными стенами, плиткой и ковром на полу, с полированными стульями и множеством вешалок для пальто и шляп – хоббит любил гостей. Туннель этот (или коридор) вел в глубь холма – Холма, как звали его на мили вокруг. Отсюда в обе стороны отходили маленькие круглые двери. В хоббитском жилище не бывает лестниц: спальни, ванные, кладовые, буфетные (в немалом количестве), гардеробные (здесь были целые комнаты, отведенные под одежду), кухни и гостиные – все размещалось на одном этаже и даже в одном коридоре. Лучшие комнаты были по левую сторону (если смотреть от входа), потому что только в них имелись окна – глубокие круглые окна с видом на сад и пологие зеленые склоны. Хоббит был весьма обеспеченный, и носил фамилию Бэггинс.

«Хоббит, или туда и обратно» - это фундамент мировой фэнтезийной литературы, который воспитал и привлек миллионы читателей и авторов. Это доброе, жизнеутверждающее приключение, которое хочется читать, перечитывать, любоваться на им на полке и пересматривать иллюстрации, вновь улыбаясь приключениям Бильбо на каждой странице. «Хоббит» - это портал в мир, в котором всегда будет магия и чудеса. Перечитывание книги с авторскими иллюстрациями превращает повторение этого приключения в праздник для сердца и глаз. Ведь чудеса возможны – спросите у Гэндальфа.

Гэндальф! Если бы вы слышали хотя бы четверть того, что слышал я, а я слышал лишь маленькую толику того, что стоит о нем услышать, – вы бы поняли, что речь пойдет о чем-нибудь удивительном. Везде, куда бы он ни пришел, сразу начинали происходить самые невероятные приключения. Под Холмом он не появлялся давно – с тех самых пор, как умер его приятель, Старый Тук, и хоббиты почти забыли, как он выглядит. Гэндальф отсутствовал по своим делам так долго, что тогдашние хоббиты-мальчики и хоббиты-девочки успели превратиться во взрослых хоббитов. Так что в то утро ничего не подозревающий Бильбо увидел просто старика с посохом. На нем была остроконечная синяя шляпа, длинный серый плащ, серебристый шарф, поверх которого свешивалась до пояса длинная белая борода, и огромные черные башмаки.